Павло Салига

Російська „Оборона”: „Возможны любые сценарии вплоть до расстрела толпы”

Українець, що був затриманий у Мінську 24 березня при розгоні наметового містечка, у своїй камері „спецприймальника-размеркавальника Ахрєстіна” взяв коротке інтерв’ю у двох арештованих разом з ним членів російської „Оборони”.

Українець, що був затриманий у Мінську 24 березня при розгоні наметового містечка, у своїй камері „спецприймальника-размеркавальника Ахрєстіна” взяв коротке інтерв’ю у двох арештованих разом з ним членів російської „Оборони”. На його питання відповідали координатор „Оборони” Олег Козловський (Москва) та Едуард Глезін (Москва).

Мовою оригіналу

1. Какие цели ставила Оборона в Менске?

Наблюдение за выборами. Мы приехали в качестве журналистов для поддержки белорусской оппозиции.

2. Сколько бойцов отправила Оборона в Беларусь?

В разных городах Республики Беларусь у нас было 15 активистов.

3. Какие инструкции давало руководство Обороны по поведению в Беларуси? Осознавали ли активисты то, что они сядут?

Мы всех предупреждали, что возможны любые сценарии вплоть до расстрела толпы. У Обороны есть опыт прошлогоднего Чернобыльского шляха, когда 7 наших активистов получили от 5 до 15 суток за участие в митинге. Так что мы были готовы ко всему.

4.Что происходило с активистами Обороны в РБ?

В Гомеле прямо на вокзале были задержаны трое наших активиста из Екатеринбурга и один из Мурманска. При этом у сотрудников КГБ был список активистов из ФСБ под заголовками «Подозреваются в терроризме и участии в Обороне». Ребят депортировали в Россию, но они сошли с поезда и тайно приехали в Минск. В Гродно двух активистов тоже задержали на вокзале, но позже отпустили. В Бресте за штабом оппозиции, где сидели наши активисты, следили КГБ, а почти всех сотрудников штаба арестовали за день до выборов. В Минск мы приехали на электричке, сойдя на остановку раньше, чтобы нам не организовали «горячей встречи».

5. Какие шансы были у оппозиции Беларуси, и какие прогнозы были у оборонцев насчет развития событий?

Мы не ожидали каких – либо серьезных акций оппозиции, поэтому многотысячные митинги установка палаточного городка приятно удивила. Сменить режим в этот раз не удалась по двум основным причинам:

• информационная блокада;

• отсутствие поддержки оппозиции в элите и силовых структурах.

Если эти проблемы удастся решить в ближайшее время, то режим Лукашенко падет при первом же ослаблении.

6. Что даст белорусам опыт «майдана» и «охрестины»?

Что оппозиционеров много, гораздо больше, чем люди думали раньше. И что власть стремится только к тому, чтобы дольше продержаться, не останавливаясь ни перед какими средствами. Также накоплено много опыта по организации палаточного городка, взаимодействия с милицией и т. п.

7. Как Вы оцениваете призыв Козулина «освобождать героев» и последующие столкновения митингующих с милицией?

Мне трудно судить, т. к. сам я в это время уже был в тюрьме и не видел ту ситуацию. С одной стороны оппозиции нужны были в тот момент, какие – то победы, и освобождение политзаключенных могло бы психологически поддержать народ. Но я сомневаюсь, что это было реалистично, скорее тот призыв обрек митинг 25 марта на жестокий разгон милицией. Мне кажется, что Козулин просто не рассчитал силы.

8. Какой опыт вынесла Оборона с Минских происшествий?

Мы увидели. Как быстро может меняться ситуация в стране. Еще недавно пребывавшая в летаргическом сне Беларусь вдруг – за считанные месяцы – проснулась. Это вселяет оптимизм и надежду на скорейшие перемены в России. Мы в очередной раз убедились, что борьба с авторитарными режимами и стремление к свободе характерно для всех народов, а не только для «горячих» грузин или «индивидуалистов» украинцев. Вторая волна освобождения от диктатуры идет по всему бывшему СССР.

9. На какой год Оборона призначает московский «майдан», и какие особенности российской революции вы прогнозируете?

Как я сказал, ситуация меняется очень быстро, поэтому пока рано делать прогнозы. Вскоре России предстоит пережить два критических момента:

• выборы в Думу 2007 году

• президентские выборы 2008 года.

Режим в России сейчас более жесткий, чем был при Кучме, но все же не дотягивает до лукашенковской диктатуры. Возможность его смены зависит от того, сможем ли мы получить поддержку «критической массы» народа в ближайшие 1,5 – 2 года.

Джерело: Бійцівський Клуб

Published on 27 April 2006